Смерть - это естественно. Зло - личный Зверь каждого.
Урок от Толедо.
Ил его плохо знает. Видит маленького вампирчика и спокоен.
Ил его плохо знает. Видит маленького вампирчика и спокоен.
У Толедо было множество недостатков. Среди таковых была тяга к непомерному курению, употреблению различных психотропных и наркотических веществ, слабость к алкоголю и просто непомерная пошлый образ мысли. Всего этого было бы предостаточно, чтобы выкинуть некроманта из академии взашей, но только вот один гигантский плюс перевешивал почти все вышеперечисленные минусы. И это не реакция Вассермана. Последнее было скорей слухом о преподавателе, чем объективной истиной. Но в каждой шутке есть доля шутки, всего пару лет назад Рейнер и правда лечился от неприятной болячки. Но что студентам до неё, когда начинается самая интересная пара за всю их недолгую жизнь.
— Позвольте представиться.
Студенты заполнили амфитеатр кабинета, расселись по своим местам на скамьях вокруг центрального стола, рядом с которым и стоял Толедо в самом начале лекции. Самое время начинать представление. Мельхиор Бальтазар повернул ключ в двери пропахшего насквозь формалином кабинета, запирая его, и принялся уверенно вещать во всеуслышание.
— Меня зовут Мельхиор Бальтазар де Толедо Рейнер. Я ваш преподаватель некромантии. Любить не прошу, но жаловать, увы, заставлю каждого.
В этом не сомневался он, а потому сумел передать свою уверенность собравшимся. Но приветствием дело не ограничилось.
— Мы с вами находимся в самом настоящем анатомическом театре. Подобные были популярны несколько веков назад, когда всякое искусство медицины или некромантии в Европе или Америке находилось под запретом. Удивительны повороты судьбы, что мы с вами собираемся вполне себе легально в таком же месте сегодня.
Он вещал громко, уверенно и совсем не собирался прощать непочтения. В первого же зазевавшегося профессор некромантии запустил осколком мела, попадая аккурат в кончик носа.
— Отсыпаться будете у себя в постели. Некромантия не прощает халатного к себе отношения.
Всё это время в центре кабинета находился приличных размеров стол. Накрытая куском материи фигура вне всяких сомнений была человеческой. Силуэты рук, ног и головы легко читались под белой простынёй.
— Слабонервных прошу покинуть это помещение и больше не возвращаться. Остальных же призываю внимательно наблюдать и записывать всё, что я скажу.
Уверенным рывком Мельхиор одёрнул с трупа простыню и представил опытный образец неблагодарной публике. Он обвёл придирчивым взглядом труп, потом аудиторию, после чего наконец спросил:
— Что мы с вами имеем? Кто вообще рискнёт рассказать мне, чем занимается благороднейшее и древнейшее из искусств некромантии?
Запер студентов, покидался мелом, разрешил выйти. Открыл труп.
Некромантия воистину пугала Леграна. Он не боялся трупов, крови и странных обрядов. Его больше беспокоил сам факт издевательства над чужим телом после его смерти. Ему казалось это, как минимум, аморальным. Но посещать занятия все же было необходимо.
Юноша пришел в самый мистический кабинет школы раньше всех, вежливо постукивая о дверь кулаком. Бросив взгляд на преподавателя, он молча ему кивнул и поклонился в знак приветствия, после чего сел за самый ближайший к центру зала уголочек. Отсюда все будет отлично видно и слышно. Оценят ли это расположение остальные грифоны? Что ж, их право сесть подальше.
Поправив деловой костюм, который стал уже официальной формой их факультета, юноша достал все необходимые принадлежности и устремил взгляд на стол, где скоро должно было начаться мракобесие.
Ужасы начались в самом начале.
«Толедо?»
Поперхнувшись, юноша тихо откашлялся, прикрыв лицо ладонью. Надо же. Остается надеяться, что они не родственники. Однако вся атмосфера напряжения исчезла, когда в сонного студента прилетел кусок мела. Это было забавно. Улыбка исчезла в тот момент, когда простынь была сорвана с несчастного умершего. Приподняв руку вверх, Ска с заметной брезгливостью и сочувствием стал высказывать свои мысли по поводу некромантии.
— Некромантия – это искусство, связанное с различными манипуляциями душ мертвых. В основном, это призыв умерших, а также я читал об оживлении мертвых.
Несомненно, лекции некромантии были интересными, но крайне жуткими и иногда тошнотворными. Все же приходится работать с человеческими телами, а приятного в этом крайне мало, даже несмотря на интерес. Многих выворачивало от увиденного, а многие смотрели словно завороженные, с любопытством и интересом. Пауэлл относился и к тем и к другим одновременно. Да, несмотря на интерес к этому предмету, парень испытывал некое отвращение. Путь он не боялся вида крови и прочего подобного, но в силу его принципов такое обращение с умершим было крайне неприемлемо. Помимо того, что оскверняют тело умершего, так еще и покойную душу тревожат.
Немного помявшись у порога аудитории, Эспозито все-таки смог пройти внутрь, осматриваясь по сторонам. Помещение казалось поистине зловещим, сколько бы не вглядывайся, а от расположения скамеек и вовсе голова шла кругом, но зато оттуда был прекрасный обзор на стоящий по центру аудитории стол, на котором отчетливо, даже под тканью, проглядывался силуэт. К горлу подступил неприятный ком и, с трудом проглотив его, темноволосый присел на первое попавшееся место, ожидая начала лекции. И ее скорейшего конца, конечно же.
Обратив свое внимание на преподавателя, Пауэлл с неким интересом стал слушать слова этого человека, закинув ногу на ногу и подперев подбородок ладонью. Так, конечно, было удобнее всего сидеть. Когда преподаватель представился, Эспозито еле слышно усмехнулся, понимая, что никогда в своей жизни не выговорит это длинное имя, посему чисто для себя решил звать преподавателя просто и ясно "Некромант". Конечно, в лицо парень так своего преподавателя не назовет, но между собой вполне можно такое позволить.
Эспозито внимательно слушал, вникая в каждое слово с неподдельным интересом.
"Так вот как это помещение называется",- хмыкнул парень, выпрямив наконец спину, ощутив легкую тяжесть в пояснице. Уверенный и громкий голос преподавателя поистине внушал легкий ужас, но так же и заставлял себя слушать. Методы и подход к собственному предмету тоже крайне впечатлили дракона. Этот предмет определенно станет фаворитом среди остальных.
Пауэлл раскрыл тетрадь, поудобнее устроив ее на своих коленях, готовый записывать чуть ли не каждое сказанное слово. Хотел было темноволосый ответить на вопрос, чуть приподняв руку, но его опередили, после чего парень отказался от идеи внести свое слово.
Одна из любопытнейших наук магического мира открывалась перед студентами в этот час. До Уробороса "некроманты" в сознании Форстера оставались исключительно героями книг и персонажами популярных игрушек. Примерить на себя черную мантию до пят, поднять пару скелетов и пойти пугать народ. Думать об этом забавно, но позволить себе...
Люшес покачал головой, выбрасывая все лишние мысли. Вопреки вечному желанию устроиться куда-нибудь на галерку и наблюдать за бесплатным представлением, в этот раз он предпочел устроиться в первых рядах. И да-да-да, все дело было в [id468119868|Легране]. Без лишних пошлостей и всяких выдумок, Форстеру всего лишь хотелось лучше изучить своего офицера, даже если им оставалось не так много совместного времени. А еще сидеть в одиночестве было хоть и необременительно, но скучно.
Прекрасное качество — уметь делать заинтересованный вид. Даже если тема лекции не интересна от слова совсем, даже если на некоторые фразы в горле застревает скептический хмык.
Не сказать, что он ожидал чего-то интересного или действительно полезного. Тем более в такой магической области как некромантия. Да и вообще магия была ближе к искусству, чем к науке, но...
Взгляд уперся в "учебный материал", вежливое внимание сменилось неподдельным интересом. Юноша чуть подался вперед, в глазах зажегся огонь голодного любопытства.
Он рядом с Леграном.
Насколько неответственный должен быть дракон, что бы не прийти на лекцию своего декана? Да и в принципе, это касается любого факультета. Во всяком случае, Себастьян не мог позволить себе столь халатно относится не только к декану, но и к предмету, что он ведёт. Дарем сел поближе, трупы его нисколько не пугали, так что пусть лучше он займёт это место, чем кто-то, кто будет всё время закрывать глаза и стараться не смотреть на труп. Да и во всяком случае, некромантия – одна из интереснейших отраслей искусства, пожалуй. Возможно, немного более пугающая, но всё же интересная. Так как на вопрос заданный Толедо уже дали ответ, блондин вздохнул и просто продолжил внимательно наблюдать за всем происходящим, дожидаясь ещё какой информации от декана. Обстановка кабинета была немного жутковатой, что, пожалуй, прибавляло лишь больше интереса блондину, в то время как любому другому студенту это могло бы показаться действительно пугающим и, возможно даже отбило бы желание заниматься, слушать и записывать всё, что им говорят. Глаза скользнули по присутствующим. Сейчас, можно было заметить лишь одного дракона, не считая самого главы, что было весьма прискорбно.
— «надеюсь, хотя бы Акира ещё подойдёт, иначе что-то как-то совсем печальненько» —
Трупов Кинг не боялся и раньше. Сейчас ему и вовсе было плевать. Не нападают, не рычат, не пытаются отгрызть что-то - ну и черт с ними. Попытаются - можно будет разорвать на части. Так что и декан драконов оставил погруженного в апатию с редкими проблесками интереса шакала практически безучастным. Хотя раньше он бы вгрызся в эту науку с интересом, сейчас был просто не в том состоянии.
Со стороны это выглядело привычной маской грифоньей отстранённости. Привык ее держать, верно. Да и сосредоточиться на материале Кинг искренне пытался. Пока учеба, не смотря на то, что сейчас Джейсон себя именно заставлял, была единственным, что позволяло держаться "на плаву".
Профессор откидывает ткань, под которой находится человеческое тело. Свежее, если о трупе можно так сказать.
- И манипуляциями с мертвым, которое когда-то было живым.
Почти машинально дополняет Джейсон ответ Ска, который слышит. Просто - мысли вслух. Его отстраненно-любопытствующий взгляд прикован к телу. Что можно из него создать? Какую машину для убийства еще живых, не считая, конечно, простейших зомби, медленных и неповоротливых. В пальцах он ощутил укол спрятанного в рукаве кинжала. Тот будто интересовался, не пора ли хозяину взяться за оружие.
В этот раз Куними сидел в глубине кабинета, надеясь слиться с темной скамьей, раствориться в тенях и вообще стать максимально незаметным. Он не сомневался, что цепкий взгляд декана отметит присутствие каждого дракона, а за отсутствие неразумные поплатятся, и поклялся себе быть на каждой паре Толедо. Ни к чему было дразнить зверя. Да и пост офицера накладывал свои обязанности.
Он видел, как оглядывался Себастьян, проверяя присутствующих, как скользнул взглядом по его ряду, но не заметил — и Аки выдохнул с облегчением, вновь вслушиваясь в размеренный ритм голоса декана. Интересно, как слабонервные должны покинуть кабинет, если Толедо запер дверь? Захотят, так и в замочную скважину просочатся?..
Он шепнул активирующий перо заговор и осторожно выглянул со своего места, рассматривая лежащее перед ними тело. Интересно, что сначала им продемонстрируют? Создание нежити? Разделку трупа на важные ингредиенты? Защитный пентакль вроде того, что показывал Альтюссер?
Перо торопливо скрипело по бумаге, записывая слова других студентов, пока Куними думал, стоит ли ему что-то говорить или спрашивать. И если на других лекциях показаться глупым он не боялся, тут сидел тише воды, ниже травы.
Ройкрофт не считал себя талантливым во всем. Более того, у него была куча недостатков на свой собственный взгляд: сбитый режим, употребление вредной и нисколько не полезной, но любимой им еды, нетерпение к некоторым недостаткам и порокам других... Если хорошенько пошариться в памяти, таких недостатков можно наскрести ещё порядочное количество. Но вот чего у него было не отнять, так это частых опозданий.
И сейчас он практически опаздывал на лекцию, которая была непосредственно связана с ним. А ещё поговаривают, что там не терпят прогулов и опозданий.
Чертыхнувшись и пожалев, что у него нет возможности телепортироваться прямо в кабинет, Феликс завернул за угол и прибавил шаг, уже видя дверь нужного ему кабинета. Что ж, он успел, но впритык — буквально через минуту после этого по всей видимости преподаватаель закрыл дверь, через которую он прошёл сюда, на ключ. Юноша выдохнул и опустился на ближайшее место, которое оказалось расположено довольно близко к вещавшему и, очевидно, трупу. Удивительно, но первые ряды отнюдь не пустовали, как можно было подумать до этого.
Хмыкнув, Фел невольно зевнул. Сейчас трупы и процессы их "оживления" его не особо пугали, но когда он встретился с подобным в первый раз, он действительно испытал страх и непонимание. Однако было это несколько лет назад...
Видимо в своих мыслях он слишком зазевался, да и зевок не мог укрыться от глаз декана, за что юный некромант получил куском мела в нос. Хотя вообще-то он внимательно слушал его и мог повторить за ним каждое слово. Фыркнув, а после и звучно чихнув от попавшей в нос пыли, темноволосый спокойно оттряхнулся, сделав вид, что так и было, и достал таки тетрадь и ручку с карандашом, последний — для зарисовок.
Что ни говори, а рассказывал де Толедо Рейнер интересно, так что и послушать было в радость. Подперев кулаком правой руки подбородок, Ройкрофт слушал, как отвечают другие, иногда что-то рисуя и делая пометки, совсем не горя желанием поправлять других и как-то участвовать. Ему предпочтительней было наблюдать и слушать.
"Душа?.. — слегка усмехнувшись подумал Феликс. — Это они про ту безвольную кучу гниющих тканей и костей, что двигается благодаря импульсу чужой воли?.."
Хотя, может отдалённо так и кажется. Он и сам когда-то верил, что котик, сбитый машиной и внезапно начавший шевелиться, действительно вернулся с того света таким, какой он был.
Он получил по носу мелом.
Вэнь еще немного и опоздал бы на лекцию, а все так получилось из-за того, что он вместе с [id581632042|Лори] засиделись у последнего в комнате разговаривая о различных интересных для них двоих вещах. Русоволосый не особо хотел идти на некромантию, ведь там наверняка будет не слишком лицеприятное зрелище, но Синь был непреклонен и фактически насильно держа за руку притащил того, чтобы его сокурсник не сбежал. Когда они только зашли в кабинет, длинноволосый кивнул в знак приветствия учителю, а после уже уселся на второй от центра ряд и усадил рядом с собой Лориана, но не отпускал его руку даже до сих пор.
Парень с интересом рассматривал подопытный материал, что лежал на столе сначала скрытый, а после был открыт на всеобщее обозрение. Не громко вздохнув, Синь заколдовал перо что бы то записывало лекцию самостоятельно, перед этим не громко произнеся нужные слова. Когда преподаватель закрыл дверь кабинета на ключ, то со спокойной душой отпустил руку русоволосого сидящего рядом, ведь тот больше никуда не денется, ведь дверь закрыта.
Синь достаточно быстро запомнил имя учителя, а дальше спокойно слушал лекцию почти не отвлекаясь, а если и отвлекаясь, то на Лори или проверить пишет ли перо.
К смерти Кристиан относился очень и очень настороженно, предпочитая реже думать об этом. Подобные мысли провоцировали приступ тревоги, паники, и тогда в голове все перемешивалось, не давая сосредоточиться на работе. Вид трупа не столько пугал, сколько заставлял задуматься: а действительно ли этот человек уже мертв? Что вообще есть смерть? Хотя для него как целителя эта тема, возможно, не должна быть чем-то запретным…
В кабинет некромантии светловолосый прошел быстрым уверенным шагом. Он старался реже дышать, и меньше смотреть по сторонам. Поздоровался кивком с теми, кого знал, и занял место где-то подальше от трупа, чтоб по минимуму буравить его взглядом.
Итальянец разложил на столе пару своих тетрадей, привычно устраиваясь, и сделал уже первые пометки на листе — дата и время.
«В некромантии совсем не шарю», — пронеслось в голове юноши, когда прозвучал вопрос преподавателя. Взглядом он незаметно пробежался по присутствующим: кто-то молчал, кто-то почти сразу озвучил ответ. Слова казались довольно правдоподобными, так что и упускать возможность почеркать в тетради он не горел желанием. Обстановка разжигала интерес, вынуждая сердце биться чаще. Прикрыв улыбку ладонью, он устремил взгляд на преподавателя и еще долго не отводил его, словно вглядываясь в душу. «Занятно…»
Это будет первая лекция Шеота и, наверное, самая запоминающаяся, учитывая то, как он относится к трупам, смерти и все, что с ней, в общем-то, связано. Хотя... ему ли об этом думать и говорить, когда, хоть и непроизвольно, но оставил кровавую дырку в том, кто его задирал в школе. Тогда перед его глазами стоял человек, у которого изо рта текла кровь. Да, это хоть и не разлагающийся труп, но этот момент оставил большой отпечаток и даже осадок в жизни Эрена. Ещё никогда в жизни он не видел столь чего-то ужасного прямо перед собой.
Впрочем, это всего лишь прошлое. Он должен это забыть. Но это легче сказать/подумать, чем сделать.
Пребываясь в воспоминаниях прошлого, парень и не заметил, как чуть не прошёл нужный ему кабинет. Он как раз успел до того, как преподаватель закроет дверь на ключ, к тому же, единорог не привык опаздывать, несмотря на то, что в этой академии он все ещё терялся и не знал, где что.
Буквально забежав в аудиторию, Эрен мельком окинул взглядом весь кабинет, кто где сидел: где-то были более-менее знакомые лица, а где-то те, которых он совсем не знал. Но все выглядели по-своему важно и деловито.
По случайности, он сел рядом с беловолосым [id514954247|парнем], тихо прошептав «Я присяду здесь, Вы не против?». Вряд ли сейчас было время отказывать и разбираться, где садиться, потому что уже началась лекция. Юноша достал тетрадь и две ручки, одна из которых была, как бы стандартная, синяя, а другая чёрная — для выделения тем и каких-то важных текстов и определений.
Новенький единорог старался внимательно слушать преподавателя, который представился... Толедо. Просто Толедо. Учитывая память Шеота, он вряд ли запомнит такое по необыкновению длинное имя.
Он подпер подбородок рукой, слегка сморщился, когда белую 'простынь' сняли с трупа.
«Надеюсь, он вонять-то хоть не будет на весь кабинет...» — подумал в первую очередь единорог, кидая свой взор на окна, которые были, к сожалению, закрыты... — «Издеваются, что ли?».
Парень не планировал отвечать на вопросы, которые задавал преподаватель Толедо, так как всегда знал, что найдётся тот, кто ответит раньше всех, пусть и неправильно. Да, есть такие люди. Поэтому он просто смотрел то на некроманта, то на учащихся, то иногда кидая свой взгляд на своего соседа рядом, ведь он так толком и не разглядел его и не познакомился с ним.
Илларион, нацепив на лицо чистосердечное равнодушие, зашёл за Главой и Леграном в кабинет. Тихой серой тенью. Не будучи последним, он таки выбрал место подальше. Там, где выбрал себе насест Акира. Кругом ниже, правда. Сегодня он прислушается к нему и заметки новые сделает. Вроде этот - тихий парниша. Как Лори.
На преподавателя и труп он смотрел с безразличием, подавляя отвращение. Он не понаслышке знал, как воняют трупы и формалин, был готов. Однако поднесённый к носу платочек с запахом благовоний не очень-то перебивал противное.
Нет, Ила не стошнит. Он выдержит. Но наверняка после лекции побежит нюхать что-то свежее. Или в место без запахов.
«Не должен подводить»
Чёрная форма грифонов почти вписывалась в атмосферу, нагнетаемую деканом..
К смерти парень хорошо относился и заметил однажды, что носил бы вечный траур по миру и всем погибшим, если бы его это сильно касалось. Но интерес к готической субкультуре оставил на память. Правда почему-то весёлый декан не похож на типичного некроманта? Вампирчик, если только. Почему-то подумалось, что внешность обманчива.
Ил был не согласен с определением от Ска.
- Значит мы будем беспокоить тех, кто наконец ушёл отдохнуть навсегда. Пытать и чувством боли и страха смерти получать результаты. Самое лучшее, это остановить некромантией вампира, если обнаружится монстр такой, - одной ровной, без эмоций, тирадой проговорил Ил после Ска и его дополнителя.
Почему бы не заинтересовать самого декана в своей мудрости? Что-то захотелось немного пофилософствовать о смерти. Ну не без практики, конечно.
«Надеюсь с кровавых пыток котов или присутствующих мы некромантию не начнём. И радостей главного героя из книг Перунова нам не видать сегодня.»
- Значит мы будем беспокоить тех, кто наконец ушёл отдохнуть навсегда. Пытать и чувством боли и страха смерти получать результаты. Самое лучшее, это остановить некромантией вампира, если обнаружится монстр такой.
- Странно, - озвучил мысли Ил. - Мастер мёртвой плоти всё знает, а выискивает гения, что прочёл по теме всё и выскажет истинное определение.
"Наверное ему так приятно издеваться над юношами. Или ищет повод. Не мастер мертвой плоти, а провокатор. Надеюсь он понимает, что интереса или любви к его предмету они такие добьётся? Студенты не рабы. Но кого интересует моё мнение? Поскорее бы кончился фарм и началась передача знаний"
- Вы определённо знаете больше нас, так для этого и существует преподавание. А не для тыкания в своё превосходство. Самоутверждаетесь ща наш счёт, уважаемый профессор?
Ничьи головы, ну почти, не являлись ни пустыми ни полупустыми.
Фредерик всегда относился к смерти довольно равнодушно. По крайней мере, как и большинство людей. Ты не заговоришь о ней в приличном обществе, не подумаешь в постели, потому что это грозит обернуться далеко не радужными снами, однако как только встречаешься напрямую, в едином "здесь" и "сейчас", то приходится подавлять желание вздрогнуть несмотря на все свое надуманное безразличие.
В кабинет он, впрочем, вошел на вид вполне спокойным и уселся поближе к своему факультету, негромко здороваясь со всеми. Обстановочка во многом из-за интерьера кабинета была непривычная, однако все равно терпимая и даже уютная, пусть это и не казалось подходящим такой... странной, на взгляд многих, лекции. Учитель рассказывал интересные вещи, так что очень скоро грифон перестал задумываться над моральным аспектом этой науки и лишь спокойно уткнулся в тетрадь, записывая некоторые чужие фразы и делая пометки себе на будущее.
Отвечать нужным не посчитал, учитывая, что объяснение от других учеников были даны достаточно широкие, дополненные. С неясной тревогой относился Фредерик к этому предмету, да и день сегодня стоял сонливый во всех смыслах, поэтому, сидящий прямиком позади своих главы и офицера и выглядывающий между их макушек, он молчал и только тихонько фильтровал материал.
[id447569406|Мортен] [id572264718|Ронан] [id265866594|Илл] [id192301644|Эрен] [id514954247|Крис] [id471402771|Вэнь] [id393615387|Феликс] [id403922821|Аки] [id554750353|Джейсон] [id553240916|Себа] [id568507445|Люшес] [id573791909|Эспозито] [id468119868|Ска] [id400562631|Мисуми]
"Сборище бестолочей."
Ни один из предложенных ответов не был правильным. Близко, близко, снова близко, полный бред. Большая же часть студентов так и вообще воздержалась, даже не попытались сказать своё слово.
"Тухлое болото."
Выругался про себя преподаватель, окидывая собравшихся вокруг молодых людей. Трудно было удержаться и не начать раздевать некоторых взглядом. Но потом, всё потом. Сначала дело, утехи потом.
— Когда-то давно, да. Некромантию почитали за общение с духами давно умерших. Однако ваши знания о религиозных культах прошлого мало меня интересуют. В этом плане ваша догадка, — он указал пальцем на Ска и заглянул прямо в глаза четверокурсника. — Была правильной, но стала заблуждением в отношении нашего предмета.
В следующий момент Толедо перевёл взгляд на шакала, чья догадка понравилась некроманту несколько больше.
— Вы оказались несколько ближе, — сказал он Джейсону. — Но это всё равно не полное определение того, чем мы будем заниматься на наших занятиях.
Он снова окинул помещение придирчивым взглядом.
— Вы хотели поднять руку, Эспозито? Если было, что сказать, то говорите сейчас. Некромантия не знает полумер и не намерена терпеть ваши сомнения. Говорите, раз собирались.
Глаза некроманта продолжили блуждать по физиономиям всех собравшихся в кабинете, пока снова не зацепились интересом о смазливую мордашку единорога, что уставился на Мельхиора.
— Увидели что-то интересное, Ардженто?
Поинтересовался он громким голосом, привлекая внимание у сидевшему в отдалении студенту.
— Вас смущает труп? Или может я? У вас будут предположения относительно моего предмета? Никто не отсидится тут в благостном молчании, мистер Шеот.
Взгляд преподавателя пересёкся с глазами сидевшего рядом с Кристианом единорога.
— Господа Легран и Кинг сделали хорошие попытки своими предположениями. Но я спрошу ещё раз. Вполне возможно, что сидящие в этом зале господа Куними, главы факультетов драконов и грифонов — господа Дарем и Форстер — а может и обладающий врождённой способностью к некромантии как таковой господин Ройкрофт сможет наконец сказать своё слово.
Вроде как Мельхиор прошёлся по всем собравшимся в зале, но не тут-то было. Своё слово сказал третьекурсник факультета грифонов, некий Илларион. Сразу видно, грек.
— Беспокоить души умерших на моих занятиях вам не придётся. — Подтвердил декан драконов, складывая руки на груди. — Некромантия в принципе лишена всякого мировоззрения. Никаких пыток, мучений после смерти и прочих клише нам не предстоит, спешу вас успокоить.
И лишь два человека думали, что смогут отсидеться за широкими спинами своих однокурсников. Но Мельхиора де Толедо просто так не проймёшь.
— Господа Мортен и Синь не желают высказаться? Линч? Чигасаки? Я жду ваших догадок.
Преподаватель некромантии удивлял. Выискивал ответ, который прекрасно знал, в полпустых головах студентов, со старанием и решительностью отчаянного кладоискателя. Спрашивал даже тех, кто не решился высказаться — не спрашивал даже, а требовал ответ, пусть в привычно вежливой формулировке это было слышно лишь между строк. Пофамильно, не оставив ни одного ученика неприкосновенным, аж холодок пробежал спине. В противовес ледяным когтям укор, прозвучавший мимолетом в чужих словах, отдался неприятным жжением острого стыда под ребрами. Стоило лишь один раз дать себе волю потихушничать!
— Некромантия предполагает не только общение с мертвыми и их оживление, сэр, — прежде подняв руку и доставшись разрешения ответить, вступился он, отрывая взгляд от записей.
— Это искусство зародилось как способ гадания, возможность задать мёртвым вопросы о том, что ждёт в будущем или происходит в настоящем вне поле нашего зрения. Считалось, что мертвецы обладают особыми... Познаниями в области судеб живущих. Впрочем, Вы говорите, что нам не придется беспокоить души. Некроманты также могли получать энергию из мира мёртвых. Пожалуй, "манипуляции с миром мёртвых" будет определением точнее, чем "манипуляции с мёртвыми".
Подытожив свои слова, Фредерик тактично выдержал чужой взгляд и затих, внутренне содрагаясь от одного присутствия в комнате тела, но внешне не проявляя и малейшего беспокойства.
Мудростью заблестал, пока не отняли блёстки.