Смерть - это естественно. Зло - личный Зверь каждого.
У магов она почти не обязательна.
@темы: Академия Уроборос: УЧЁБА, ИГРЫ
@темы: Академия Уроборос: УЧЁБА, ИГРЫ
Прекрасный день, чтобы провести лекцию по астрономии. Прекрасный, потому что погода стояла оптимальная для занятия под частично отсутствующей крышей. По согласованному времени кабинет начал заполняться студентами, которые занимали свои места за столами посреди всего великолепия рисунков на стенах и моделей планет. Солнце выгодно бросало свои лучи на пол, создавая атмосферу некоторой волшебности и уюта одновременно.
Женщина в белоснежном платье стояла у преподавательского стола, опираясь о стопку лежащих на нем книг рукой. На груди ее на краю светлой ткани красовался зажим грифонов. Чуть склонив голову к плечу, она цепким взглядом темных глаз осматривала стены, пока не акцентируя свое внимание на учащихся. Для проведения занятия необходима предельная концентрация и минимум посторонних эмоций.
Выждав несколько минут, она бросила взгляд на свое запястье, сверяясь со временем на часах. Все должно быть безупречно. Вдох. С выдохом ее рука скользнула по синим волосам, заправляя выбившиеся из идеальной укладки пряди за витые рога.
Тихий вздох и, переступив с ноги на ногу, она подняла голову и шагнула в центр помещения. Привлекая внимание студентов, женщина намеренно громко на последнем шаге стукнула каблуком о пол. Добившись тишины, она сложила руки на груди, небрежно помахивая тонким планшетом под бумагу, зажатым в пальцах. Листы на нем были пусты.
- Прошу впредь соблюдать в этом помещении именно такую тишину. Считайте, что вы находитесь в месте, которое не терпит лишней суеты. Меня зовут Лиллиум Уайт, я буду вести у вас астрономию, - начала она тихо низким голосом, скользя взглядом по лицам собравшихся, - На моем предмете будет одновременно очень мало магии и очень много волшебного. Мы будем говорить о науке, о ее связи с магией, попробуем заглянуть глубоко выше наших голов. Я постараюсь сделать так, чтобы после выпуска в ваши мысли никогда не пришло убеждение о том, что наша планета плоская. Но ведение конспектов остается только на вашей совести. Доверюсь феноменальной памяти или гениальности, чему угодно, но на сессии я буду смотреть только на ваши навыки и знания, вне зависимости от всего остального. Вне моих занятий вы можете найти литературу в библиотеке или на полках этого кабинета с моего разрешения. Список я предоставлю.
Женщина качнула головой, разворачиваясь и отходя к стоящей у преподавательского стола доске. Ухватив мел и перехватив планшет, она поправила свой "лист бумаги", чуть поменяв его положение и вновь сложила руки, опираясь на край стола бедром. Темная поверхность демонстрировала аудитории названия книг и их авторов, написанные витиеватым, но крупным и разборчивым почерком. Пришлось выждать несколько минут, пока некоторые записывали, пытались запомнить или скромно полагали, что литература им не понадобится.
- Итак. Речь о плоской планете уже была. А теперь давайте конкретно закинем удочку и вспомним, как можно не отрываясь от земли проверить данную идею?
Теория плоской Земли?
С каждой лекцией Крис все больше и больше убеждался, что он чертово бревно не только в постели, а еще и в учебе. Он старался запоминать все, что говорили преподаватели, помечать все и даже больше в конспектах, но даже этого, похоже, для него не было достаточно. Чего-то не хватало, и Кристиан понятия не имел, чего конкретно. Просто жил.
На лекцию по астрономии он пришел вовремя, даже задолго до начала занятий. Этот кабинет, пожалуй, интересовал его более всех остальных: здесь было так много интересных деталей (впрочем, как и все в Уроборосе), что даже перехватывало дыхание. Взгляд то и дело цеплялся за модели планет над головой, резко перескакивал на карты на стенах, на бумаги, снова на планеты. Какой же прекрасной была бы жизнь, если бы итальянец разбирался в астрономии так же хорошо, как мог зыркать по сторонам, слушать лектора и молчать.
Спасало только то, что в детстве, когда он был еще совсем мелким пацаненком, отец часто включал документальные фильмы — Кристиан унаследовал любовь к ним. Вот и сейчас, когда, наконец, все студенты были на месте и прозвучал первый вопрос Лиллиума, Ардженто почувствовал щемящее тепло в груди. Неужели пригодились ему эти непонятные теории, похожие на бред сивой кобылы?
— В каком-то документальном фильме, — итальянец приподнял руку, — были приведены примеры, вернее доказательства, что Земля плоская. Я хорошо помню один пункт… С высотками. Если не ошибаюсь, в пример брали высотки Техаса, Хьюстона. Даже находясь на огромном расстоянии, человек сможет увидеть верхние этажи, хотя, веря тому, что планета круглая, небоскребы уже бы скрылись за горизонтом. Это тот странный пункт, что я очень хорошо запомнил…
Плоскоземельный?
День был просто отвратительный – по крайней мере для Лео. Не так важно почему, но настроение у него было самое паршивое, и в таком состоянии присутствовать на лекции было… чревато определёнными последствиями. Например, повышенным желанием спорить и находить во всём недостатки. Спорить в начале лекции было совершенно не о чем, а потому Маккей активно выискивал во всём недостатки. То сосед по парте задел его локтем и развалил свои вещи на его, Лео, часть стола, то, несмотря на частичное отсутствие крыши и свободный проход воздуха, в кабинете было слишком душно, то на плечи непосильным грузом ложится необходимость сосредоточиться на уроке.
Всё было относительно терпимо, пока преподаватель – удивительно, всё тот же Лиллиум Уайт, с которым Лео ещё недавно убирал и красил кабинет, в котором они находились, пусть и в ином обличии, – просил соблюдать тишину. Лео было подумал, что это значит, что в полной тишине можно провести и весь урок, просто слушая астронома, но жизнь, так её растак, в очередной раз доказала, что планам шакала попросту не суждено сбываться. Маккей, глядевший в стол и надеявшийся, что пронесёт, в какой-то момент среди абсолютной тишины, последовавшей за вопросом преподавателя, почувствовал на себе настойчивый взгляд, призывающий ответить. Ожидаемо. Он, и может быть ещё Фредерик, были, скорее всего, единственными, с кем профессор Уайт успел провести столько времени вне занятий. К счастью, шакала опередил другой второкурсник со своим ответом. К несчастью же, ответить всё равно пришлось, потому что Лео уже успел открыть рот, и это не осталось незамеченным.
— Ну, — не представившись, начал Маккей, — существует много способов определить это с земли. Например, как уже сказали до меня, наблюдать за горизонтом, типа, как за ним скрываются удаляющиеся объекты, машины, там, такое. Или по созвездиям. Раз земля не плоская, то в разных её уголках можем наблюдать разные созвездия. Вот.
Леонард старается. Молодец-молодец.
Себастьян пришёл в кабинет и нашёл самое выгодное для себя место, что бы всё видеть и слышать. Отсиживаться на галёрке сегодня не было в его планах, настроение позволяло главе драконов даже подумать о том, что возможно, сегодня он найдёт приличное количество слов, что бы по отвечать на вопросы преподавателя. Глаза скользнули по помещению, уже как по привычке, в поиске других драконов, что уже могли присутствовать.
Нельзя было сказать, что Дарем сильно что-то понимал в астрономии, но попытаться то стоило. Литературу блондин записал, потому что если вдруг ему станет что-то интересно, можно будет заглянуть в предложенные книги.
Вопрос был довольно интересный, а ответы других учащихся тоже не заставили себя ждать. Дракон приподнял руку, что бы привлечь к себе внимание женщины и мягко улыбнулся ей.
— Себастьян Дарем, дракон. — по привычке представившись, третьекурсник продолжил говорить.
— Слышал где-то такую фразы, как "Если бы Земля была круглой, то те кто снизу падали бы с неё». И звучит как бы логично, но лишь для тех, кто не в курсе, что такое гравитация или же по иному притяжение. — Юноша вздохнул, а после пожал плечами, не зная, что бы мог ещё сказать по этому поводу. Всё же, это пожалуй единственное, что он смог вспомнить, а если и другие знания были, то нужно было бы их ещё прилично поискать.
Следующий.
Сегодня с утра он стукнулся лбом, но чуть позже Колдуэллу удалось ухватить интересующую книгу в библиотеке. Подобно продолжалось на протяжении всего времени. Так что день можно было назвать нейтральным.
И вот молодой человек прямо перед лекцией по Астрономии, обнаружил, что забыл ручки, следовательно, с тем чтобы записать эту самую лекцию возникли проблемы, зато в глубине рюкзака обнаружился карандаш, который Единорог давно не мог найти.
«Да что ж такое?»- Колдуэлл раздраженно сдул светлую прядь со лба, заходя в кабинет Астрономии.
И тут он завис, даже немного испугался, когда увидел, что вместо ожидаемого профессора была профессорша. А в следующее мгновение Ин поймал себя на мысли, что подобная реакция была уж совсем какой-то странной. Одичал совсем.
«Угу-м. Лиллиум Уайт… Кажется, у кого-то в преподавательском составе была способность по смене внешности,»- молодой человек задумчиво пожевал губу, слушая профессора.
Все информацию об учебниках Ину пришлось записать в тетрадь карандашом. Единорог периодически кивал сам себе, пока копировал список книг к себе в тетрадь.
«Плоская земля… Хм, кажется, нечто подобное по телевизору показывали. Что же там было? Самолеты… самолеты… О, вспомнил,»- молодой человек поднял руку вверх сразу после следующего ответа.
-Иная Колдуэлл, Единорог, - несмело представившись, он продолжил, - В одной телепередаче говорилось, что если бы планета имела «шарообразное» строение, то на большой высоте пилоты самолетов должны были бы опускать нос транспортного средства спустя каждые 5 минут, однако этого не происходит.
У мужчины, кажется, вошло уже в привычку посещать лекции. В прошлый раз была некромантия и препарирование трупа, на который половина учеников даже взглянуть не могла, а вторая, включая самого секретаря, была только рада, с блестящими от восторга глазам рассматривая чужое тело. А с позволения преподавателя некоторые ученики даже вызвались к практике.
После того раза господин Тихиро еще не раз посещал чужие занятия, как и в этот раз. Правда теперь тот не мог успокоиться, потому что на предмет Вора спешил просто невероятно. И в этот раз даже возможности не было принарядиться как студент, так что секретарь шел в своем шелковом одеяние так, как и вышел с рабочего места. Вероятно, придется попотеть, чтобы не привлекать много внимания, но это все потом. А пока секретарь перебирал ногами, быстро ступая по ступеням завитой лестницы, поднимаясь на самый верх башни — астрономический кабинет.
Ничего не изменилось, кроме того, что все наконец-то оживало. Комната была наполнена солнечным светом, яркие лучи оглаживали и освещали каждую прекрасную часть комнаты этого лектория. За рассматриванием, оглядевшись еще бегло пару раз, маг не мог перестать восторгаться той красотой, которая появилась в лектории благодаря усилиям студентов и самого профессора.
К счастью, последний уже был на месте. И в первую секунду мужчине если и показалось, что перед ним совсем другой человек, — а это в легкую, потому что во главе лектория стояла очаровательная женщина, — но зверя внутри него не обмануть. Взгляд в секунду меняется, потому что вместо удивления приходит озарение. Нигде больше лис не слышал такого аромата, кроме как от одного человека. Аромат каждого индивидуален, даже если все будет перекрыто запахом, даже довольно резким. Нотки кедра, лаванда. И остатком отдается мускус, такой терпкий. Вот только это не легким шлейфом накрывает, а словно подавляет. И мужчина понимает, что это вовсе не женский аромат, какой бы эта темноволосая красавица не казалась со стороны.
— Как жаль, что нам не удалось встретиться ранее в таком виде, — улыбается и хитрый взгляд кидает на особу, которая стоит во главе. Подступает медленно, словно зверь присматривается к добыче, вот только в последний момент все меняется. Его лицо выражает непередаваемое спокойствие, а уголки губ подняты вверх в подобие улыбки. Руку протягивает и чужую, протянутую в ответ, сжимает осторожно, будто держит в своей ладони хрупкий бутон. Склоняется и касается кожи губами, оставляя невесомый поцелуй на тыльной стороне, в другую секунду уже отступая.
— Надеюсь, что Вы не против моего присутствия, профессор Уайт, — говорит едва слышно, чтобы фраза его только слышна была самому визави, а потом скрывается в стороне балкона от чужих глаз. Опирается на косяк двери и принимается наблюдать, буквально впитывая исходящую от всех энергию.
Зря он описал чувства учеников из моментов на некромантии. Слишком топорно.
Ил ничего из описываемого не ощущал. Да и каждый студент чувствовал свой букет и был уникален.
Бесит, когда чешут под одну гребёнку. Но понимаю, что у Лиса просто две полки, на которые он разбросал народ..
Астрономию стоило любить хотя бы за то, что пары начинались во второй половине дня. Куними гораздо легче было почувствовать себя человеком после обеда, а потому на лекцию он шел в довольно приподнятом настроении.
Увы, как всегда, приподнятое настроение опускалось тем ниже, чем ближе Аки был к лекторию — учиться парень любил, но только иногда и наплывами, а о пользе астрономии вспомнил в жизни всего однажды, когда заблудился зимой в лесу с Томом, и больше блуждать не планировал. Однако, возможно, в будущем ему и правда понадобится умение вычислять положение Юпитера и расположение созвездий? Скажем, для какого-нибудь ритуала?..
А потому больше не тормозя, Акира зашел в кабинет, занял место в тенечке и не в зоне прямой видимости... женщины? Боже, это что, настоящая женщина? Тут, в Уроборосе? Да нет, да быть такого не может... Иллюзия, наверное... Однако первые десять минут урока он честно совсем не о звездах думал. Вздохнув тяжело, когда выяснилось, что часть информации, как минимум, список книг, придется записывать собственноручно, он аккуратно переписал необходимую литературу, а затем все же активировал ручку-самописца.
Ответы на вопрос мисс Уайт последовали практически сразу, добавить что-то, что не было сказано, вряд ли бы удалось.
— Можно сначала сделать как советовали все предыдущие ораторы, с вышкой и отхождением от нее, а затем повторить этот опыт с жучком — посадить на него насекомое, поднести мячик очень-очень близко к глазам так, чтобы насекомое оказалось наполовину за «горизонтом» — дальним видимым краем мячика... Тогда видна будет только часть тела жучка — как видна издалека только часть вышки. И можно с уверенностью заключить, что мы живём на поверхности земного шара, а не диска. И, кстати, с пунктом про созвездия я, наверное, все же не соглашусь — мне кажется, что и на плоской земле люди на разных ее концах видят ту часть неба, что над ними. Ну в смысле ведь даже если лежать в разных концах комнаты, твой сосед комара на потолке увидит, а ты нет...
Впервые за все 4 года обучения в Уроборосе, Ска шел на занятия с таким нежеланием и даже злобой. Каждый шаг давался так тяжело, будто бы на его ногах повязали оковы с тяжелым грузом. Кто ж мог подумать, что его бывшему факультету достанется такое недоразумение. Распахнув двери, Легран оскалился, злобно осматривая аудиторию в поисках этого изменчивого существа.
«Ах, вот он. Женщиной вырядился.»
— Мне казалось, что это учебное заведение только для мужчин, уважаемый Лиллиум Уайт.
Гордо усмехнувшись, юноша встал у стены, рассматривая когда-то любимый кабинет. Еще на первом курсе он мечтал проводить здесь все свое время. Увы, возможности не было. А теперь нет желания.
Скоро подтянулись остальные студенты и началась лекция. В детстве малышку Ска казалось, что его отец был мастером скучных и занудных рассказов про созвездия, но как он ошибался.
«Он так хочет заинтересовать или усыпить? Препод из него так себе.»
Когда в башне воцарилась тишина и все стали списывать какую-то базовую информацию с доски, которую коренной американец знал еще с детского сада, Легран не сдержал порыва своих наболевших мыслей.
— А давайте закинем удочку еще дальше и обсудим действительно важные вещи. Хм. Например, как можно на «плоской земле» научить студентов определять по ночному небу звезду, которая поможет им вернуться домой, когда преподаватели кинут тебя одного, истекающего кровью на опасном задании по стирании памяти? Точно, еще стоит спросить у преподавателя по целительству, как можно самостоятельно вылечить перелом… А то со сломанной щиколоткой никакая звезда не поможет вернуться живим.
Ска говорил это с искренней наигранной заинтересованностью, в которой не слышалась ни капля фальши. А всё потому, что это был истинный немой крик непонимания, как можно было так жестоко поступить.
Бедный Йорик.
Если бы он не предупредил бы, как тимично он ведёт себя, я не понял бы прикола с шоу: сделаю всем больно и буду Королевой. Пусть все плакают, как и я.
Жаль, что драму Ска создал засчёт конфы, а не игровых событий и совместного творчества.
Я не знаю ни Лилла, ни Ска.
Мир люблю, а не склоки.
Конфликтер (Ска) потерял разум?
Злоба ослепляет и отупляет.
Это всё можно было решить иначе.
Да, и какого рожна он к полу прицепился? Гордость это не гордыня. Потерял первую.
Вэнь надеялся, что он не опаздывает на лекцию. Вроде и не опаздывал, но все равно желание поторопиться было, ведь часы он умудрился забыть где-то. Как вариантами были, что он забыл их в комнате, либо умудрился забыть в комнате у Лори, с которым азиат начал в последнее время все чаще и чаще общаться, и это не могло не радовать. К слову парень кажется успел вовремя, ведь когда тот заходил в кабинет, то его двери были еще открыты, и некоторые ученики еще заходили внутрь. Ненадолго замедлив шаг, Синь сложил веер, который все время держал в руках и поправил на себе форму (которую им надо было обязательно носить) и не слегка неуверенно вошел в кабинет осматриваясь сразу в поиске свободных мест. Оглянувшись, парень уселся не особо далеко от доски, но и не в первых рядах. Только после этого он обратил внимание на женщину в белом платье, которая уж очень сильно была похожа на Лиллиума Уайта, которого парню доводилось видеть. Поле взгляд аккуратно перенесся на сам кабинет осматривая его получше. Вокруг было различное множество карт звездного неба и различных созвездий, на которые китаец любовался пока было время.
Когда началось занятие, подозрения парня были развеяны, ведь эта девушка и оказалась Лиллиумом. Как понял для себя парень, это было её (или же все же его) способностью, а может чем-то другим. Кто же знает, как дело обстоит на самом деле?
Когда Вэнь хотел было высказаться по поводу плоской Земли, но тут возмутился Ска и парень стал дожидаться, когда тот закончит ответ.
Когда тишина после речи наконец-то закончилась, то Синь не громко проговорил.
— Вэнь Синь. Грифон первый курс. Ели бы планета была плоской, то на закате Солнце должно уменьшаться, удаляясь от нас, а на рассвете увеличиваться. Но сколько раз я ради интереса не следил за Солнцем, то ни разу не видел подобного. Да и как мне кажется, но кто-то чуть раньше говорил по поводу звезд на небе. Небесная сфера при плоской Земле должна ведь показывать одинаковую картинку вне зависимости от перемещений на север/юг, однако при этом, когда мы движемся на юг, то в южной части неба становятся видны новые звезды, которые были не видны раньше, а с противоположной стороны Полярная звезда, наоборот, все ниже и ниже склоняется к горизонту. — Азиат слегка сжал веер, который лежал у него на коленях, ведь чувствовал себя немного не уверенно.
О, солнце тоже показатель.
Новая пара, новый преподаватель и пора для пополнения багажа знаний дополнительным грузом и замазывания возможных пробелов в этих самых знаниях.
Феликс был совой, вот стопроцентно. А потому, конечно же, не выспался и на пару пришёл, зевая. Зайдя в кабинет, находящийся в башне астрономии, шатен лишь мельком оглянулся, скорее чисто для того, чтобы найти свободное место, куда можно сесть, совершенно не интересуясь окружающей обстановкой. Да оно ему было и ни к чему. Заняв место где-то в третьем ряду, некромант широко зевнул, всё-таки прикрывая рот рукой, небрежно кинул на стол тетрадь и положил рядом ручку, готовясь по возможности записывать. По крайней мере, он надеялся на то, что конспекты будут не слишком востребованы.
Когда новый преподаватель — она называлась Лилиум Уайт — дождалась тишины и взяла слово, Ройкрофту стоило больших усилий на разлечься на том месте, на котором он сидел и не заснуть. Однако на сдерживание ещё одного зевка его не хватило. Женщина, вещавшая сейчас всем, говорила много и монотонго, явно восхваляя свой предмет. Он этом можно было судить лишь по лицу, которое старались сделать строгим интонации, как бы говорившей "мой предмет тут самый важный и каждый обязан его знать" и "я вещаю тут о сложных вещах, извольте все слушать". Однако дракон слишком устал, ведь ночь дана не для сна, а потому он всё-таки прикрыл глаза, подперев голову расткрыкой ладонью и как бы смотря вниз, делая в д, будто пишет или просто смотрит в тетрадь.
Лекция протекала довольно интересно. Господин Вор, даже в таком обличие, все рано умел привлечь внимание не к себе, а к предмету. Конечно, могло показаться, что данная им тема довольно легка для понимания, возраста учеников, но это казалось только на первый взгляд. Мужчина это понял сразу, но вот некоторым, кажется, было просто не дано. И сразу выделялись такие своеобразные «умники». Вот только если профессор по астрономии подобное терпел, то сам господин Тихиро начал немного закипать. Секретарь тлел медленно, как только разгоряченные угли, вот-вот готовый вспыхнуть и сгореть.
В какой-то степени мужчина понимал подобное рвение задеть старших, пытаться вызвать у них какие-либо эмоции, все же сказывался юношеский максимализм. Грубость, колкость воспринимать серьезно от учеников с такой точки зрения было просто глупо, скорее это вызывало смех. Вот потому и на лице белоснежного губы растягиваются в хитрой, довольно хищной улыбке. А взгляд, который переводили с одного на другого, лишь сиял радостью. Вся ситуация забавляла, не меньше.
— [id435199574|Профессор Уайт], скажите, пожалуйста, Ваш курс рассчитан на всех? Или особо одаренные ученики в принципе не должны присутствовать на этой лекции? — говорит со смешком и смотрит сначала на самого лектора, а потом показательно направленный на [id468119868|дракона]. Вот только теперь он не мог остаться в стороне, даже с пониманием, что влезает в чужой нарастающий конфликт. И Астрия, словно прочувствовав его эмоции, начала перенимать эмоции хозяина. Псевдодракон выбирается из-за чужого плеча и спрыгивает на пол, проскальзывая в сторону мест присутствующих. И если сам японец казался в хорошем расположение духа, то его фамильяр выглядел очень злым и раздраженным. Ластился среди ног молодых людей, проскальзывал среди других, пока с ловкостью не запрыгнул на парту перед третьекурсником. На Ска дракон шипел и предупреждающе скалился, пока сам мужчина спокойно продолжил говорить.
— А мне казалось, — передразнивая слова мальчишки, — что драконы умеют открывать рот не только, чтобы плеваться пламенем, а, возможно, задавать дельные вопросы, [id468119868|господин Легран].
Двигается медленно, делает лишь несколько шагов, показываясь из собственного укрытия, но грань не переступает. Не слышит возражения со стороны профессора и потому не перестает действовать. Будь его воля, сейчас бы кое-кто давно отправлялся в карцер под руку с собственным деканом или был бы ужаленным, но анимаг действовал обходительнее и хитрее, когда за его словами виделось другое.
Вот только в мгновение что-то пошло не так. Поднялся порыв ветра, скользящий из створок приоткрытого балкона башни. Поднимался небольшой гул, висящие планеты закружились вокруг собственной оси, а некоторые бумаги даже самих студентов подлетели. Напряжение повисло в воздухе, но мужчина, казалось, не замечал этого, медленно подходя ближе. Веер выскальзывает из-за крепления из-за спины и раскрывается, позволяя увидеть нежный узор по ткани. Одно плавное движение и ветер поднимается с новой силой, вот только сам «удар» приходится на Феликса.
— Прошу Вас, [id393615387|господин Ройкрофт], впредь уважительно относится к профессору, — говорит серьезно, в голосе впервые проскальзывает не наигранная холодность, — иначе с Вами повторится тоже самое, что и учеником вашего факультета, который сейчас же покинет кабинет. Да, [id468119868|Легран]? И впредь, если у Вас будут вопросы, не связанные с лекцией, то будьте добры запомнить, что такое решается в свободное от пары время.
И здесь становится ясно, что мужчина не шутит. Теперь оба дракона были «под прицелом», вот только если одного только коснулось предупреждение, то второго уже ждало наказание. Покинуть лекторий ему не предложили, а поставили перед фактом. И сам лис знал, что с ним согласится профессор, лекцию которого пришлось прервать в профилактических целях.
— Прошу прощения, профессор, что прервал [id435199574|Вас], — говорит уже куда спокойнее и все вокруг в миг успокаивается.
Секретарь не уходит обратно в тень, а скорее стоит и ждет, когда его указания исполнят.
Тот был настроен на то, что в случае непослушания, придется воспользоваться куда более действенным способом, но была надежда и на то, что юноша даже из уважения к себе просто спокойно покинет башню, а лекция продолжится в том темпе, как и предполагалось. Секретарь знал, что астроном, будучи довольно интересным собеседником, и информацию подает совсем иначе. Так что, оставалось ждать, когда тот начнет «творить».
День с самого утра как-то не задался: Оливер спал так крепко, что вполне мог заменить собой труп на уроке некромантии, так что будильник вполне закономерно проспал. Собирался впопыхах, забыв напрочь о причёске, и вспомнил уже перед самой лекцией. Марафет пришлось наводить водой, руками и божьей помощью. Стёр заодно следы от зубной пасты с воротника. Посмотрел немного в зеркало, думая, что форма сидит на нём ужасно, что вся эта лощёность ему не к лицу и что гордая птица из него никакая. Отличный грифон, просто прекрасный. На урок бы не опоздать, а в идеале ещё и не зацепить какой-нибудь дверной проём.
В кабинете Оливер появился за пару минут до занятия. Отдышался за дверью и невозмутимо вошёл, прикидывая, куда бы сесть, чтобы и одному, и слышно было хорошо. Преподавательницу заметил только после того, как разложил тетрадки, да так и замер, нахмурившись. Женщина? Здесь? С какого перепуга? Оливер поймал себя на мысли, что точно бы непристойно пялился, не будь у него Агнес и такой хорошей памяти. Благо, преподавательница представилась, и стало куда менее дискомфортно.
Тетрадь подписал размашисто, на переплёт переписал список литературы и, услышав о связи науки с магией, подчеркнул тему выделителем в знак уважения. Наверное, в каком-то таком направлении он хотел бы работать. Вопрос Оливера действительно заинтересовал. На странице тут же вырисовались схемы маятника Фуко и обруча с шаром, но всё было не то, всё про вращение. Оливер слушал чужие ответы, кусая губы в задумчивости. Атмосфера в аудитории вдруг поменялась, а через секунду пришлось неловко подбирать с пола ручки: не с его ростом под парту лезть. Сидеть и просто смотреть на потасовку было жутко неловко, но отвернуться Оливер так и не смог. Думал, правда, не о происходящем. Теперь в его голове варились мысли о гравитации. Дождавшись возвращения занятия в привычное русло, Оливер вскинул руку.
– Под действием гравитации массивные объекты приобретают форму шара. Это теоретическое рассуждение, «проверять» тут нечего, но можно попробовать так же теоретически доказать.
И он тоже любит гравитацию.
Ронан был на паре почти с самого начала. Лиллиума он уже знал, однако... Женщина? Необычно, но в любом случае, женщины Линча не инресовали. В отличие, например, от одной рыжей макушки как раз рядом с которой он и устроился. Так что при любом удобном случае Ронан не оставлял попыток поцеловать, укусить или просто обнять [id497781441|Петю] , возможно, даже мешая этим другим ученикам. Но строгий секретарь молчал, и дракон лишь победно улыбался на все возмущения единорога, продолжая активно заигрывать.
"Брачным играм", однако, не суждено было длиться вечно. Один из новичков на факультете драконов (несмотря на то, что это четверокурсник), кажется, сейчас вылетит с пары, как пробка. Линч вздохнул, скосил глаза в пустую тетрадь с единственным "дурак" на первой странице и принял решение.
— Профессор Уайт, кажется, не в состоянии сам распоряжаться на собственной паре.
Парень фыркнул, поднимаясь с места, и продемонстрировал свою самую наглую улыбку. Молча собрал вещи с парты. Наклонился, чмокнул Гордона в макушку.
— Жду тебя после пары внизу.
А затем неспеша двинулся к выходу, сопровождаемый своей вороной. У самой двери Линч издевательски сделал жест прощания, а после вышел из аудитории, гулко хлопнув дверью. Чейнсо вылетела вслед за ним, громко и чётко выдав:"Кра!" [id468119868|Ска] стоял недалеко от аудитории, и Ронан, недолго думая подошёл к нему.
— В следующий раз тёрки с преподами выясняй после пары. Не все они хуйло, а Лилл неплохо платит.
Взгляд у ликтора был тяжёлый, но не осуждающий. Он устроился рядом, поглаживая ворону, и принялся терпеливо ждать окончания пары.
Ил был одет с иголочки и подтянут сегодня более обычного. Вот что значит - выспался. Ни синяков под глазами, ни спутанности сознания на уроках, ни выбившейся из общей укладки светлой пряди.
Превосходно!
А всё потому, что юноша надолго бросил рисовать и пока завязал с наблюдениями и "записями о населении" Уробороса.
Устал. Надоело.
Остались только отдых и основная учёба.
Только братишка и кошка.
Ну и куда же без друзей. Не кидал он их. Они всегда же полны сюрпризов. Это мотивирует не спать целыми днями в своём гнёздышке, а идти общаться.
Кстати, уже совсем в другом гнёздышке. Со Ска и Себастьяном юноша провёл всего неделю. От того временного подселения к замечательными личностям до новой находки. Новая одиночная комната отвечала всем требованиям: мало света и никого нет, кроме него. Братишка приходил в гости на чай и поиграть.
Грифонов Ил приглашал тоже, но редко. Проще было заседать в основном штабе или оранжерее, если хотелось отдохнуть от суеты и людей.
Список книг от Лиллиума оказался чуть меньше, чем на первых парах рекомендовал ему прочесть отец. Он студента окунул в прошлое. Ненадолго. Стенография помогла не напрягаться при списывании с доски, оставив немного места для отдыха.
Но вот незадача. Он расположился между Акирой и Ройкрофтом. Поэтому попал под раздачу ветра от сурового секретаря и даже освежился.
Захотелось ещё воздуха.
– Кхм!
– Уважаемый Мистер [id435199574|Уайт], – подал голос Илларион. Он чуть приподнял руку, чтобы привлечь внимание. Лекция как бы продолжалась. – Как думаете, водяные капли в полёте становятся плоскими? А вакуоли? А молекулы плоские? А почему яблоко растёт вокруг семян в форме магнитных полей Земли и тороида? Совпадение? – голос струился мягко, почти переходя в напевность. – Масса вообще не играет роли. Пузырьки наполняются воздухом равномерно. Так же и планеты с солнцами в ограниченном космосе. Это мои наблюдения. А насчёт вопроса я не очень понял, но не думаю, что стоит доказывать плоскость Земли, как Вы попросили присутствующих.
Остапа конкретно унесло. "Илларионову плотину прорвало" - так можно было бы назвать ворох вопросов и слов, которыми Ил щедро сбивал напряжение в кабинете.
Хотелось "мира, колы, жвачки".
«Надеюсь, у меня это получилось. Я хочу продолжения».
– Я Илларион Арквита, третий курс.
Парень причислял себя ко всем факультетам по чуть-чуть, так что очень часто не включал в представление собственный. Он не знал, почему не хочется вешать на себя ярлык, но полностью свободным, без факультета, быть не собирался. Интересно, конечно, со свободой, но не так, как в команде, когда чувствуешь, что ты полноценный винтик, воин «Ордена», что увидал в Иле потенциал..
Новый день и, соответственно, новые знания и места. Эрен старался не пропускать какие-либо лекции, о чем говорило его сегодняшнее решение пойти на лекцию по астрономии, которая проводилась аж в башне, а там он еще не был ни разу. Благополучно встав рано, чтобы не опоздать, он без спешки умылся, позавтракал, накинул сегодня белый верх в виде рубашки, заправив ее в облегающие черные джинсы. Сверху на белую рубашку он накинул черный плащ, сзади которого красовалась большого размера нашивка с эмблемой единорога. Это было обязательным правилом его факультета. Впрочем, у него так же есть другая одежда, менее «выделяющаяся», где прикреплен значок с той же эмблемой, но сегодня он решил одеться именно так. Хоть он и любит плащи, но в таком виде еще не ходил.
Выйдя из стен Академии, он неспешным шагом направился в сторону башни астрономов и как только дошел до нее, некоторое время просто стоял перед ней, оценивая взглядом. Загадочно, ничего не скажешь.
Наконец поднявшись, он зашел в лекторий, сразу же оценивая взглядом количество студентов, а также «внешность» кабинета. Насчет последнего он был приятно удивлен, так как эта аудитория была красива сама по себе и завораживающе обустроена. Но затем он удивился и [id435199574|преподавателю], который был женского пола. Неожиданно, ничего не скажешь, но, по всей видимости, удивлен был не только он.
Пройдя немного вглубь, он увидел своего, как обычно, сонного [id393615387|партнера] и решил сесть рядом с ним. И плевать единорог хотел, если тот хотел посидеть спокойно один, ничего, потерпит. Как только Эрен сел рядышком, он слегка толкнул дракона вбок и кивнул, таким образом молча поздоровавшись с ним.
Лекция началась.
Шеот записывал все необходимое в тетрадь, подробно помечая что-то, что он боялся забыть. Затем, после заданного астрономом вопроса, посыпались ответы, один так вообще был какой-то… агрессивный? Провокационный? От этого второкурсник слегка повернул голову, чтобы увидеть, кто это говорит. А главное, зачем и для чего? После этого обстановка резко поменялась. От внезапно появившегося ветра тетрадь Эрена поднялась в воздух, но хорошо, что студент успел ее схватить рукой, однако для этого пришлось приподняться со своего места. Как итог, Шеот взял все свои вещи в руки, дабы ничего точно не улетело. После этого, он вновь словил порыв сильного ветра, так как [id467066612|секретарь] решил разбудить и «подбодрить» сидящего рядом Феликса, который буквально клевал носом.
Эрен слушал речи Тэкео Тихиро, которые были адресованы возникавшему [id468119868|дракону], при этом голову он повернул именно в их сторону, не в силах отвернуться, любопытство брало верх.
Но, вскоре, лекция продолжилась, знаком было то, что другие студенты начали отвечать на тот самый вопрос преподавателя по астрономии. Шеот же, не шарящий в этой теме, сидел и просто слушал других, слегка облокотившись на плечо [id393615387|Ройкрофта].